Во Франции запущена операция "Макрон 2.0"

Ее главная цель — обеспечить преемственность внешнеполитического курса Эммануэля Макрона в той его части, что касается России. Идея возможности чего-то там замирительного и дискуссионного теми, кто финансирует кампанию, подсчитав все дивиденды, которые принесет прямое военное столкновение с нашей страной, отвергнута как несостоятельная.

Итак, на первичных выборах левоцентристов в преддверии начала президентской кампании победил человек, чьи имя не говорит избирателям ровным счетом ничего. Его фамилия известна лишь в чрезвычайно узких и закрытых от посторонних кругах парижских "икорных" (то есть очень обеспеченных и хорошо кормящихся с руки истеблишмента) интеллектуалов.

Никому не известный и потерявшийся в кулуарах Европарламента глава "политобъединения" Place Publique (перевести невозможно, нужно просто запомнить) Рафаэль Глюксман имеет сегодня серьезные шансы обойти и самого популярного политика Франции Марин Ле Пен, и ультралевого Жан-Люка Меланшона. Не говоря уже о экс-премьер-министрах Эдуаре Филиппе и Габриэле Аттале.

Все вышеперечисленные есть политическая массовка, которую наймут по случаю, чтобы обеспечить, как говорят в Париже, "демократию" на выборах.

Никому не известный Рафаэль Глюксман набрал свыше 66 процентов голосов. Никто не в состоянии объяснить ни этот феномен, ни причины, по которым партийные активисты (голосовали специально зарегистрированные симпатизанты левоцентристских идей) поставили на тотального для французского социума анонима.

Но это для социума — для, так сказать, смердов республиканского извода Глюксман аноним.

А вот для тех, кто его взращивал, кто его холил и лелеял, кто ему давал деньги, кто его воспитывал политически, Рафаэль Глюксман самая что ни на есть известная фигура.

Прежде всего — по отцу.

Андре Глюксман, философ (его так называют), а еще парижский "интель" (интеллектуал), троцкист в юности, был самым упоротым русофобом из всех, кто формировал тематику и идеологию французской политической мысли, начиная с 1970-х годов. И вплоть до кончины в 2015-м. Не было ни единого события или явления в истории (советской ли, российской ли), на которое Глюксман-старший не откликнулся бы книгой, статьей или памфлетом.

Он ненавидел СССР истово и публично, то есть за деньги. С одной стороны. С другой — не менее яростно он скрывал, что его отец, Рубен Глюксман, родившийся в Черновцах, был агентом Коминтерна. И связным между руководством Коммунистического Интернационала и советской разведкой. Разумеется, тоже за деньги.

Внук Рафаэль унаследовал от отца (и от деда тоже) умение втираться в доверие, умудряясь посасывать, как тот ласковый телок, двух маток. Он унаследовал и умение поймать волну.

Глюксман-младший работал в Грузии, когда там правил Михаил Саакашвили, продвигая те самые идеи евроинтеграции, от которых позже здравомыслящий Тбилиси отказался. Естественно, что евроинтеграция (точнее, ее продвижение) — дорогое удовольствие. И Глюксмана, зная, что за ним глобалистские деньги, принимали как родного и на самом высшем уровне. Глюксман, чтоб, в свою очередь, грузиноинтегрироваться, женился на тогдашней замминистра МВД Эке Згуладзе.

Следующий объект евроинтеграции — разумеется, Украина. Куда Згуладзе, подарив ей гражданство и пост в руководстве МВД, пригласил уже Порошенко. И снова большие, точнее — колоссальные деньги. И снова на продвижение идей евроатлантизма.

Карьера Глюксмана-младшего — это слепок, калька, проверенный уже чертежик, пользуясь которыми те же глобалисты создали Макрона, а потом избрали его на главный пост во Франции.

То же отсутствие политической работы "на земле" и опыта взаимодействия с избирателями. Те же связи с крупнейшими финансовыми воротилами страны. Та же анонимность на старте избирательной кампании. Та же партия-однодневка, созданная под решение политтехнологической задачи — избраться президентом.

Глюксман-младший, вступая в кампанию, естественно, дает обязательства тем, кто его накачивает деньгами и влиянием. Обязательство — война с Россией. Ни для чего другого, только для того, чтобы убить русских — много русских, — и устроено было шапито с "первичными выборами".

Никакому реальному французскому политику при нынешних вводных и с учетом перспективы войны с Россией избраться почти наверняка не дадут. Никакой французский политик не сможет состязаться с Глюксманом в доступе к прессе и к финансовым ресурсам. Любому конкуренту Глюксмана помешают любым способом. Слишком манящей для евроатлантизма по-прежнему выглядит перспектива блицкрига французского извода.

Только от России будет зависеть, получится ли ей этих глобалистов переубедить. На ЛБС, в Донбассе. Переубедить так, чтобы ее безусловная победа отбила бы у них даже тень мысли о возможном реванше. Вне зависимости от того, кто занимает и будет занимать кресло французского президента.